Forums » Translators

Как умело организовать переводческий бизнес?

  • February 24, 2015 10:00 AM +06

    Как умело организовать переводческий бизнес?

      

    Выйти на рынок переводческих услуг можно практически бесплатно, но создать серьезный бизнес непросто. Рентабельность инженерно-переводческих компаний может составлять 25-30%. Как достичь такого результата? 

    От министров до президентов

    О том, что такое труд переводчика, руководитель компании «ТрансЛинк» Алексей Герин знает не понаслышке. Окончив Военный университет Министерства обороны РФ, он в качестве переводчика несколько лет помогал общаться друг с другом сильным мира сего – министрам обороны России, Греции, Кипра, Индии и других стран. Но на зарплату военнослужащего прожить было трудно, и в 23 года Алексей уволился из армии. Правда, с трудоустройством в коммерческие фирмы неожиданно возникли сложности – опыт переводчика в военной сфере никого не интересовал. Герин, решив обзавестись более востребованной профессией, поступил в Юридическую академию, где один из однокурсников и предложил ему заняться переводческим бизнесом.

    – Наш первый офис располагался в десятиметровой комнатушке, – вспоминает Герин. – Заказов долго не было: изначально мы очень надеялись на свои старые связи и на свой сайт, но они не сработали. Спасло нас только размещение рекламы в Интернете. Благодаря баннерам у нас и появились первые клиенты. Впрочем, мне довольно долго пришлось работать и генеральным директором, и курьером, и финансистом. Но постепенно клиентов становилось все больше, мы смогли нанять сотрудников и переехать в более просторный офис.

    Сегодня с «ТрансЛинком» сотрудничают несколько сотен переводчиков. Среди клиентов компании – «Северсталь», МИД РФ и другие крупные коммерческие и государственные организации. Переводчики «ТрансЛинка» обслуживали мероприятия в рамках председательства России в G8, в том числе международный саммит «Большой восьмерки», проходивший в этом году в Санкт-Петербурге. Создание собственной фирмы профессиональным переводчиком и ее развитие «с нуля» достаточно типично для рынка переводческих услуг. Однако повторить успех «ТрансЛинка» удается лишь единицам. Большинство из новичков рынка так и остаются небольшими фирмами, обслуживающими частных клиентов и мелких корпоративных заказчиков.

    Трудовые будни «свободных художников»

    По оценкам экспертов бюро переводов «Глагол», объем российского рынка переводов составляет $150-200 млн. в год. В совокупности все фирмы – а их на рынке более 200 – переводят 5,3 млн. страниц в год. При этом 15% заказов выполняют 10 крупнейших компаний. Такая же доля переводов приходится на фирмы, созданные по принципу фрилансерских групп. Фактически они представляют собой виртуальные сообщества переводчиков, которые чаще всего не имеют офисов и общаются с заказчиками по Интернету. Затраты на создание такой фирмы минимальные: достаточно зарегистрировать компанию, создать сайт, а потом рекламировать свои услуги в поисковых системах и изданиях типа «Из рук в руки». На все про все потребуется от нескольких сотен до нескольких тысяч долларов. Основное конкурентное преимущество таких фирм – низкая цена. Средняя цена на переводы составляет $15-20 за страницу, а многие неквалифицированные фрилансеры – например, студенты – готовы выполнять ту же работу за $5-10. Если исходить из того, что один человек может за день перевести 5-7 страниц, то общий доход «артели» из трех переводчиков не превысит $4-5 тыс. в месяц – и то лишь при наличии постоянного потока заказов. Впрочем, многим опытным фрилансерам удается работать по нормальным расценкам, сопоставимым с ценами бюро или даже выше них. Но их заработок все равно не превышает $2500 в месяц, так как качественно перевести более 7 страниц в день невозможно.

    Компании, которым нужно постоянно переводить сотни страниц документов на высоком уровне, к услугам фрилансерских фирм не обращаются – именно из-за того, что они просто не в состоянии качественно выполнить большие объемы работ в короткие сроки.

    – Тем, кому постоянно требуются услуги переводчиков с разных языков, удобнее иметь дело с бюро, которое возьмет на себя подбор подходящих специалистов и будет поддерживать стабильное качество работы, – говорит руководитель агентства переводов EnRus Наталья Шахова.

    Про бюро

    Более высокая форма организации бизнеса – бюро переводов. Они могут делать то, что не под силу фриланс-группам, – например, не только перевести текст, но и отредактировать его, а потом сверстать. Сделать это можно лишь в том случае, если в штате есть редакторы, верстальщики и дизайнеры, которые работают в одном месте.

    Цены в бюро переводов намного выше, чем у фрилансеров. Однако рентабельность бизнеса, как правило, не превышает 10-20%. Это связано с тем, что почти две трети доходов уходит на оплату труда сотрудников и аренду офиса, так как фирмы стараются арендовать офисы там, где работают или живут их потенциальные клиенты. Но в центре, как известно, помещения стоят очень дорого. Поэтому некоторые открывают в центре только небольшие офисы для приема клиентов, а для основной массы сотрудников арендуют помещения в отдаленных районах.

    Чтобы сократить постоянные расходы, все бюро переводов сотрудничают с внештатными переводчиками. В зависимости от размера бизнеса их может быть от нескольких единиц до нескольких сотен.

    – У нас за штатом работает 200 человек, – рассказывает Алексей Герин. – Чтобы собрать их всех в одном месте, нужен офис площадью 1000 кв. м. Если бы мы сделали это, то себестоимость наших услуг выросла бы почти в 10 раз! Брать переводчиков в штат имеет смысл только в том случае, если они будут постоянно загружены работой. Гораздо выгоднее иметь базу специалистов со знанием определенных языков и сфер деятельности и привлекать их для работы над конкретными заказами.

    Практически неограниченные возможности по привлечению фрилансеров позволяет бюро переводов обрабатывать огромные массивы документации. А наличие штатных редакторов – контролировать точность перевода. Это важно, так как цена ошибки, допущенной в деловых документах, может быть слишком высока. Поэтому в хороших бюро переводов действует многоступенчатая система контроля.

    Некоторые фирмы специализируются на том, что предоставляют заказчикам специалистов со знанием иностранных языков для работы на различных мероприятиях – конференциях, презентациях и т. п. Фактически они выполняют посреднические функции между переводчиками-фрилансерами и клиентами. Часто их организуют при гостиницах и деловых центрах. Первоначальные расходы на создание такой фирмы чуть выше, чем при создании «виртуальной» фрилансерской группы, ведь она должна иметь свой офис. Кроме того, желательно приобрести оборудование для синхронного перевода.

    Большие переводы для больших компаний

    Самые большие обороты на рынке – у так называемых компаний лингвистического инжиниринга. По сути, это те же бюро переводов, но обслуживающие крупные специализированные компании – медицинские, нефтегазовые, автомобильные. Их главное конкурентное преимущество – способность выполнять огромные объемы работ и наличие в штате высококвалифицированных специалистов, которые хорошо разбираются в специфике конкретных отраслей.

    – Наши клиенты – крупные производители автомобилей, нефтегазовые и телекоммуникационные компании, – рассказывает Юрий Пачко, директор по продажам и маркетингу бюро технической документации «Неотэк». – Иногда в рамках одного проекта нам приходится переводить по 100-150 тыс. страниц. При работе над таким проектом огромную роль играет не только мастерство переводчиков и редакторов, но и качество менеджмента. Постоянным потоком документации надо управлять: поддерживать терминологические базы, следить за тем, что находится в работе, что уже сдано, что вернулось на доработку, что нужно представить в виде текстовых документов, а что – в виде каталогов или электронных дисков и т. п.

    Технологиями реализации крупных проектов владеют лишь единицы российских компаний. Тем не менее, войти в этот сегмент рынка новичкам непросто.

    – Во-первых, необходимы большие вложения – несколько миллионов долларов, – говорит Юрий Пачко. – Во-вторых – высококвалифицированные специалисты. В-третьих – оригинальное программное обеспечение; мы, например, сами разрабатывали его для нашей компании. Наконец, новой фирме сложно обойтись без так называемых «библиотек знаний» – баз данных и глоссариев, которые накапливаются годами.

    Рентабельность инженерно-переводческих компаний может составлять 25-30%, а годовой оборот – несколько миллионов долларов. Это в десятки раз больше, чем у небольших фирм.

    – Потребность в переводе многотомной документации в сотни раз меньше, чем в мелких заказах, которые делают бюро переводов, – говорит Пачко. – Но один крупный проект может принести гораздо больше дохода, чем несколько тысяч мелких заказов. Мы, например, в совокупности переводим 15 тысяч страниц текста в месяц.

    Однако и конкуренция за крупные проекты острее, чем на рынке массовых переводов. Причем в конкурентную борьбу приходится вступать не столько с российскими, сколько с западными компаниями.

    – Больше половины крупных проектов сегодня делается на Западе, – продолжает Пачко. – Это связано с тем, что в России очень мало компаний, способных дать заказчикам то качество лингвистического сопровождения, к которому они привыкли. 95% наших клиентов – это иностранные компании. Для того чтобы получить заказ, нам приходится участвовать в их закрытых тендерах. Но даже в случае победы переговоры с одним заказчиком могут длиться от нескольких месяцев до года.

    Как и остальные фирмы, работающие на рынке, компании лингвистического инжиниринга сотрудничают со «свободными художниками».

    – У нас работают 15 штатных переводчиков и 24 научных редактора, – рассказывает Пачко. – А сеть фрилансеров насчитывает около 300 человек. Впрочем, многие из них, по сути дела, являются нашими постоянными сотрудниками, так как ежемесячно на 90-100% загружаем их работой именно мы. Просто они работают в режиме удаленного доступа.

    Как стираются границы общения

    Больше всего в России востребованы переводы с английского языка. На их долю приходится до 60% всех работ. Достаточно популярны переводы с немецкого, итальянского, испанского и французского языков. Остальные же используются намного реже. Из-за этого переводчики с редких языков часто оказываются без работы.

    – Чтобы подготовить специалиста со знанием восточного языка, нужно пять лет на само обучение и еще три года – на стажировку, – рассказывает Алексей Герин. – Но, к сожалению, услуги такого специалиста в итоге могут оказаться никому не нужными. А когда у переводчика долго нет работы, он начинает искать себе другое занятие, и со временем знание языка у него «уходит». Поэтому действующих профессионалов, отлично владеющих редкими языками, в России очень мало.

    Тем не менее, большинство российских бюро переводов готовы выполнить любой заказ клиента. Сначала «редкого» переводчика ищут в своей базе данных. Если такового нет – обращаются за помощью к коллегам.

    Если же переводчика с редкого языка найти не удается, можно сначала сделать перевод с русского на английский. А потом обратиться в страну, где требуемый язык – основной, и сделать перевод на редкий язык уже с английского.

    Одной из востребованных услуг для бюро могут быть переводы с языков стран СНГ, так как в столицу постоянно приезжает огромное количество молдаван, украинцев и выходцев из других стран бывшего СССР. Им нужно переводить паспорта, дипломы и прочие документы. Однако открывать специализированную фирму, занимающуюся только этим, невыгодно, так как объемы такого рода переводов малы по сравнению с заказами от крупных компаний. Ведь личные документы обычно «укладываются» в 1-3 страницы.

    Что мешает развитию?

    Руководители переводческих компаний уверены, что главная проблема, которая тормозит развитие рынка, – низкие цены на услуги переводчиков. В Европе перевод одной страницы стоит не менее 30 евро. В России – в два раза меньше.

    – Многие почему-то считают, что профессия переводчика сродни профессиям официанта или уборщицы, – говорит Алексей Герин. – Если юристов воспринимают как серьезных специалистов и готовы платить им $100 в час, то работу переводчиков принято оценивать по минимальному тарифу. При этом люди забывают, что, в отличие от уборщицы, переводчик должен получить высшее образование и накопить практический опыт. Если не работать с языком каждый день, то переводчик просто теряет квалификацию.

    Есть и еще одна причина низких цен – переизбыток неквалифицированных специалистов. Переводчиков готовят многие вузы, в том числе на периферии. При этом мало кто из выпускников региональных вузов может найти работу у себя в городе, так как 80% всех заказов сосредоточено в московском регионе или в Санкт-Петербурге. Поэтому они предлагают свои услуги на столичных рынках – в том числе в составе виртуальных фирм – и сбивают цены до минимального уровня. Это очень мешает другим участникам рынка. Когда рентабельность бизнеса находится в пределах 5-10%, о серьезных «вливаниях» говорить не приходится. По-хорошему, перевод одной страницы должен стоить в Москве 25 евро. Но поднять цены до такого уровня фирмы не могут, так как заказчикам невозможно объяснить, почему цены в 5 раз выше, чем у частных переводчиков.

    Тем не менее, рынок переводов растет – по разным оценкам, на 8-20% в год. Несмотря на то что людей, знающих иностранные языки, становится все больше, услуги переводчиков по-прежнему востребованы.

    – Профессионалы имеют особый навык – они умеют быстро переключаться с одного языка на другой, – говорит Алексей Герин. – Вы можете понимать иностранный язык и даже неплохо разговаривать на нем, но быстро и безошибочно понять речь собеседника не так-то просто. Для стопроцентного понимания иностранцев помимо базовой лексики нужно хорошо знать специальные термины и множество речевых оборотов. Кроме того, присутствие переводчика на переговорах подчеркивает высокий статус бизнесменов.

    Новые возможности

    Одной из особенностей рынка переводов является то, что на нем нет сильных брэндов, известных массовому потребителю. Большинство бюро переводов стремятся работать с корпоративными клиентами, поэтому многие солидные переводческие компании вообще отказываются от мелких заказов. Тем не менее, частным лицам и небольшим фирмам тоже время от времени нужна помощь в преодолении языкового барьера. На это в 2005 году обратили внимание руководители компании «Неотэк».

    – К нам часто обращались представители небольших фирм и говорили: «Нам надо перевести договор, устав…», – вспоминает Юрий Пачко. – Так как мы не работали с такой категорией клиентов, им приходилось отказывать и направлять их в другие фирмы. Но количество звонков было таким, что стало очевидным: это хорошая ниша для развития нового бизнеса. В результате была создана сеть бюро переводов под маркой «МегаТекст».

    С точки зрения бизнеса «МегаТекст» не имеет никакого отношения к «Неотэку» – это два разных юридических лица. У них разная бухгалтерия, менеджмент, разные цели и задачи. Совместно компании используют только базу данных переводчиков.

    За год под маркой «МегаТекст» было открыто пять офисов по приему заказов в разных районах Москвы. Они работают по принципу «точек приема»: менеджеры получают заказы от клиентов, а затем находят свободного переводчика в базе данных компании и отправляют ему документы по Интернету.

    В отличие от других бюро переводов, названия которых ни о чем не говорят клиентам, марку «МегаТекст» стали продвигать по классическим законам маркетинга.

    – Мы проводили промо-компании у консульств и посольств разных стран, распространяя листовки с информацией о «МегаТексте», – рассказывает PR-директор компании «Неотэк» Светлана Пономарева. – Также мы делали почтовые рассылки по офисам малых предприятий, создали для постоянных клиентов «МегаКлуб»… Фактически мы одними из первых занялись последовательным имиджевым позиционированием нового проекта под маркой «МегаТекст», чем не отягощают себя большинство бюро переводов и агентств.

    По словам Юрия Пачко, ежедневно в один офис «МегаТекста» обращаются десятки клиентов. Некоторых отпугивает высокая цена – около 600 рублей за страницу, но многие остаются. Поэтому сеть уже получает устойчивую прибыль. Пока ее вкладывают в дальнейшее развитие проекта.

    – Мы хотим расширять сеть и дальше, – отмечает Пачко. – В перспективе, возможно, и по франчайзингу. Но сначала нам надо создать сильный брэнд, который можно тиражировать. Мы хотим, чтобы этот «народный проект» развивался как серьезный бизнес. Я уверен, что наш рынок уже «созрел» для этого.

    Бюро переводов «Глагол»

    Компания создана в 1999 году. Специализируется на технических переводах. В штате 40 специалистов.

    «Неотэк»

    Компания основана в 1991 году. Предоставляет услуги лингвистической поддержки глобальным корпорациям. В штате 75 сотрудников. Ключевые компетенции компании – нефтегазовая отрасль, автомобильная промышленность, информационные технологии и телекоммуникации. «Неотэк» является координационным центром при реализации международных проектов. Компания имеет представительства в Казахстане, США и Японии.

    «ТрансЛинк»

    Год основания – 1994. Предоставляет весь комплекс переводческих услуг. Была официальным переводчиком на саммите «Большой восьмерки» в 2006 году. В штате 30 сотрудников. Имеет офисы в Москве и Санкт-Петербурге.

    Агентство переводов EnRus

    Год основания – 1991. Специализируется на англо-русских переводах в компьютерной сфере.

    Российский рынок переводов

    Объем рынка $200 млн. в год.

    Темпы роста В среднем – 10-20% в год.

    Насыщенность рынка В России более 200 постоянно действующих фирм, оказывающих переводческие услуги. 60% из них сосредоточены в Москве, около 20% – в Санкт-Петербурге, остальные – в регионах.

    Источник: Свой бизнес


    This post was edited by Муратбек Султанбеков 1010 at March 5, 2015 12:01 AM +06
  • February 24, 2015 10:01 AM +06

    ТРУДНОСТИ ПЕРЕВОДА, ИЛИ ИСТОРИЯ О ПЕРЕВОДЧЕСКОМ БИЗНЕСЕ

     

    Бизнес – явление по сути своей интернациональное. Но предпринимателю, завязавшему знакомство с зарубежными коллегами, одной очевидной проблемы

    не избежать. И эта проблема – языковой барьер, преодолеть который под силу далеко не всякому. Особенно, если дело касается документации, написанной на "чистом техническом".

    О тех, кто с легкостью профессиональных наездников преодолевает языковые препятствия вместе с предпринимателями, "ДМ" решила узнать у владельцев трех переводческих агентств в Москве. По традиции мы задали нашим собеседникам несколько простых вопросов

    об этом бизнесе и получили на них развернутые ответы.

    Бизнес

    "по обстоятельствам"

    Вопрос первый: можно ли непрофессиональному переводчику стать директором переводческой компании?

    – В переводческий бизнес многие попали по обстоятельствам, – говорит он и с улыбкой добавляет:

    – По доброй воле я бы этим заниматься не стал.

    Генеральный директор переводческой компании "Интент" Израиль Шалыт и его "коллеги по цеху" в прошлом – специалисты одного из крупных московских конструкторских бюро.

    – Двадцать с лишним лет я и мои коллеги конструировали различные умные электронные системы управления для станков. Это было здорово, интересно. Параллельно некоторые зарабатывали переводами кто на квартиру, кто на дачу, кто на машину – на нормальную жизнь, в общем, – рассказывает Израиль.

    – Когда перестройка закончилась тем, чем она закончилась, конструкторское бюро, которым я в то время руководил, закрылось. Коллектив был дружный, я его много лет собирал, и мы организовали фирму по созданию электронных систем управления. Однако заводы вместо серьезного оборудования стали изготавливать торговые палатки и бизнес "не пошел". Спроса на заказные системы управления не было.

    – Надо было как-то кормить семью. Поскольку я и раньше переводил за деньги для Всероссийского центра технических переводов, то стал давать объявления в газете и подрабатывать переводами. А потом понял, что из этого можно сделать бизнес. Постепенно собрал своих конструкторов. Кто-то стал переводчиком, кто-то редактором, кто-то верстальщиком. В принципе, все оказалось достаточно логичным. Если раньше в КБ мы работали с технической документацией как конструкторы, то теперь стали работать с похожей документацией, но уже как переводчики и издатели.

    Так неожиданно получаю ответ на еще не заданный мной первый ключевой вопрос: "А можно ли непрофессиональному переводчику, т.е. человеку без лингвистического образования стать руководителем переводческого агентства?".

    – Многие переводческие компании, занимающиеся в том числе и техническими переводами, организованы людьми, окончившими лингвистические вузы, – поясняет Израиль Шалыт. – И многие полагают, что технический перевод должны выполнять только люди с лингвистическим образованием (вы же не пойдете лечиться к врачу, у которого нет медицинского диплома). Таким дипломированным переводчикам необходимо лишь знать нужные термины. Если в словарях каких-то терминов нет, их следует выяснить у инженеров. Вот и вся недолга. Однако, как известно, для того чтобы перевести правильно, нужно хорошо понимать то, о чем говорится в исходном тексте. Практика показывает, что серьезную техническую документацию могут хорошо перевести не просто переводчики и не просто инженеры, а только квалифицированные специалисты, хорошо разбирающиеся в требуемой области знаний: про радиоэлектронное оборудование – радиоинженеры, про медицинское – врачи, и т.д.

    Впрочем, как выясняется позже, отсутствие у руководителей переводческих агентств "профильного" образования – скорее правило, чем исключение.

    Директор компании PEREVOD.RU Павел Коченов, например, по специальности астроном. Несколько лет назад он, будучи очень предприимчивым человеком, выкупил хостинг с красивым названием www.perevod.ru. Собственно, с этой покупки и началось его знакомство с переводческим бизнесом. Павел снял офис в центре Москвы, нанял себе референта, знающего языки и  начал принимать заказы, благо популярность домена позволяла. Сам Павел, правда, при всем том владеет только одним языком – английским. И, по собственному признанию, переводами никогда не занимался. "Главное в этом бизнесе – иметь управленческие навыки. А остальное можно поручить подчиненным".

    – В общем-то, много среди владельцев переводческих агентств и физиков, и химиков, и инженеров, – рассуждает Степан Грабовский, генеральный менеджер компании "Fonetix". Только стоит отметить, что "физики" на фоне "лириков" выглядят как какие-то пришельцы 

    По специальности Степан тоже не переводчик. В собственное агентство его привели семейные обстоятельства. Сам же он получает диплом по направлению "Реклама и маркетинг".

     

    Соблюдая размеры предохранителя

    Вопрос второй: где и как найти переводчика так, чтобы потом ничего не потерять?

    За спиной Израиля Шалыта – рабочий стол руководителя. И на экране монитора – не смета, не открытая страница Интернета, а английский текст в обрамлении "ворда". На крышке стола – горы специализированной литературы: энциклопедии, справочники по электрооборудованию, электроснабжению, электроприводам . В шесть часов вечера практически все мониторы в компании еще включены. И только через час между перегородками начинает раздаваться цокот женских каблучков: кто-то уходит домой. Обычный день, обычная работа. Традиционно "подвешенные" в невесомости горы текстов и неизменно "кратчайшие" сроки. Все и всегда горит.

    – Переводческий бизнес невозможно спланировать. Наши постоянные заказчики могут, не сговариваясь, одновременно навалить кучу работы, которую может сделать не любой, а только определенный специалист. Мы не можем отказать своим клиентам. Мы обязаны их выручить. Поэтому наши сотрудники периодически перегружены. В такой атмосфере не каждый захочет работать, – как бы читая мои мысли, говорит Израиль Шалыт. – У каждого переводчика и редактора всегда стопка срочной работы. Работая над текстом, постоянно приходится разбираться в непростых инженерных вопросах. Поэтому у каждого на столе в основном не словари, а справочники по специальности. Кроме знания иностранных языков и умения излагать по-русски, нужна очень высокая инженерная квалификация. А вместе с тем инженер такой квалификации, как наш переводчик или редактор, работая продакт-менеджером в солидной компании или проектировщиком, может зарабатывать гораздо больше. И головной боли меньше.

    – Почему же они у вас работают?

    – Не все измеряется деньгами. Есть "странные" люди, которым такая работа нравится. Им нравится постоянный интеллектуальный напряг, определенный вид общения и т.д.

    Но из тех, кто приходит на собеседования, работать остаются единицы. Причины в том, что многое в этой профессии оплачивается не деньгами, а той дозой адреналина, которую получает человек в результате выполнения своих заданий.

    Услышав это из уст своего собеседника, начинаю активно кивать головой. Ну чего ради, спрашивается, я-то плетусь на интервью в семь часов вечера и сижу с текстами в воскресенье днем? А ради того же, что и Израиль Шалыт и его коллеги ломают голову над очередным непереводимым текстом за час до полуночи 

    – Где же вы берете персонал? – удивляюсь я.

    – Как и все – по знакомым ищем. Даем объявления в Интернете.

     

    При подборе персонала каждый руководитель переводческого агентства, по словам специалистов, сталкивается прежде всего с двумя основными проблемами. Во-первых, необходимо найти переводчиков требуемой квалификации, а во вторых, обеспечить достаточный уровень зарплаты. Израиль Шалыт говорит, что готовых переводчиков нужной квалификации на рынке труда практически нет. Единственный выход – найти тех, кто может и хочет, и выучить их. Правда, никто не гарантирует, что, переняв определенные навыки, переводчик не решит "выпорхнуть из гнезда". Но так бывает. И застраховаться от этого в принципе невозможно.

    Павел Коченов, чье агентство PEREVOD.RU работает, в основном, с фрилансерами, говорит, что поиск персонала в Интернет-пространстве наиболее эффективен. Процесс "естественного отбора" Павел, правда, производит не сам.

    – Если сам не можешь определить качество перевода, можно нанять референта, что я, собственно, когда-то и сделал, – объясняет Павел. – Этот референт будет проверять для тебя качество текста. И это нормально. Есть исполнители. А есть руководители. И руководителю не обязательно знать

    "-надцать" языков. Достаточно общего уровня.

    В компании "Fonetix" также предпочитают общение с потенциальными сотрудниками "онлайн". Здесь существует целая схема для наиболее эффективного поиска персонала. По каждому направлению перевода, которым занимается компания, разработаны специальные тестовые задания для переводчиков, вывешенные на сайтах. Любой желающий может выполнить тест, приложив к нему свое резюме. Редактор, сидящий в офисе и имеющий при себе правильный вариант перевода каждого из заданий, легко сверяется со своими бумагами и тут же может понять, насколько качественно и грамотно сработал претендент на должность переводчика.

    Поскольку самым популярным направлением перевода сегодня является технический, перед людьми, занимающимися поисками персонала для этой ниши, встает еще один вопрос.

    Степан Грабовский в разговоре со мной называет его "извечным".

    – Часто очень многие руководители задаются вопросом: "А кто, собственно, лучше-то – инженеры или переводчики?" – говорит он. – Я работал и с теми, и с другими. На мой взгляд, в коллективе они просто удачно дополняют друг друга. А при наличии определенного опыта одного от другого не отделишь.

    Израиль Шалыт не так лоялен по отношению к гуманитариям. Возможно, потому, что сам он – инженер.

    – Сейчас я поясню, в чем разница между гуманитарным и инженерным подходом к переводу, – размышляет он. – Допустим, есть предложение, которое на русский язык дословно переводится так: "Соблюдайте размеры предохранителя". Гуманитарий при переводе, скорее всего, так и напишет. Ведь именно это формально сказано в исходном тексте. Перевод – он и есть перевод. А если заказчик считает, что данное предложение не очень понятно и его надо уточнить, то такую работу уже нельзя назвать переводом. Это уже будет локализация, адаптация, переработка и т.д. Инженер же прежде всего постарается разобраться, что на самом деле хотел сказать автор исходного текста. И только после этого напишет то, что должно быть написано по этому поводу в российском документе.

    – И что же он поймет-то? – уточняю я.

    – В смысле? – спрашивает он.

    – Ну, что означает "соблюдайте размеры предохранителя".

    – Ну  автор исходного текста хотел сказать примерно следующее: "Перегоревший предохранитель замените новым с такими же характеристиками", т.е. вместо перегоревшего вставьте предохранитель такого же типа, размера и номинала. Приблизительно так должна быть описана подобная ситуация в российской документации. И любому русскоязычному пользователю становится понятно, что от него требуют.

    Вариации классификации

    Вопрос третий: во что вложить средства и с какой вероятностью можно ждать их возвращения?

    – А книжки что же – совсем не переводите? – спрашиваю я у Павла Коченова, не дождавшись ни от одного из своих собеседников захватывающего рассказа о сотрудничестве с издательством. В моем-то обывательском представлении переводчик – это тот, кто не расстается с горами издательских оригиналов модных нынче Софи Кинселы и Кэндес Бушнел. Жутко увлекательно!

    – Ну почему же, переводим. В позапрошлом году сотрудничали с небольшим издательством. Им требовались переводы книг по экономике. Но платили они не очень много. Сотрудничество наше сошло на нет, и возможно, именно из-за этого: платили немного, а сроки всегда сжатые. Но это направление перевода не очень популярно. Издательства предпочитают работать с опытными литераторами, имеющими переводческие навыки. Заказчиков на перевод художественной литературы найти трудно. Соответственно, и направление не очень прибыльно.

    – А что же прибыльно?

    – Технические переводы. Это и есть основной хлеб. Чуть менее прибылен – перевод юридической документации. По моим наблюдениям, все заказы на переводы можно разделить на две условные части – технические переводы и нетехнические (юридическая документация – договора, контракты и т.д). Соответственно, и переводчиков можно разделить по специализации – технари и те, которые занимаются другими видами переводов, по сути – "юристы".

     

    С Павлом соглашаются и другие мои собеседники. Степан Грабовский, правда, говорит, что юридические переводы в основной своей массе не представляют интереса для многих бюро переводов. Как правило, заказчик просит перевести какую-нибудь справку или небольшой договор. Затрат максимум, а прибыли – минимум. Поэтому "Fonetix", да и многие другие агентства переводов за такую работу берутся далеко не всегда: только в тех случаях, когда заказ поступает от постоянного клиента. Поэтому, делаю я вывод для себя, вкладываться лучше в развитие направления технического перевода. Да и толку больше.

    Объясняется популярность технических переводов, наверное, тем, что практически вся техника в России – импортная. А прогресс-то на месте не стоит. Мысленно подсчитываю, носители какого языка технически более прогрессивны. Японцы. Или китайцы. Интересно, какой язык лучше идет?

    – А на этот вопрос нельзя однозначно ответить. Самый популярный, естественно, – английский, – комментирует мои мысли Израиль Шалыт. А вот дорогостоящие языки – японский, китайский – естественно, менее популярны. И специалистов по ним найти нелегко. Вот и получается, что на одной чаше бизнес-весов 20 заказов на английском, а на другой – один на японском. Но если английский стоит долларов 10 за страницу, то японский – в 5, а то и в 6 раз дороже… Таким образом переводческие компании стремятся уравнять прибыль от всех заказов.

    Степан Грабовский с коллегой из "Интента" соглашается.

    – Мы больше всего работаем с английским языком. И надо сказать, это направление наиболее популярно. Даже японские или немецкие компании часто создают документацию на английском. С немецким работаем, японским. Есть у нас и французские переводчики. Но французский вообще-то – язык мало востребованный, и тут у нас есть уже определенная база переводчиков, к которым мы время от времени возвращаемся.

    – А знаете, есть ведь еще один параметр, который нужно учитывать, создавая классификацию переводов, – говорит мне Израиль Шалыт. – И параметр этот – письменная или устная форма.

    – Ну и что же выгоднее?

    – Устный – вообще отдельная песня. Свел заказчика с переводчиком и получай себе процент за их встречу. Только грамотно организовать процесс надо, чтобы переводчик не решил с клиентом "между собой" разобраться. А он и не решит – если переводчик хороший 

    – А что же письменный?

    – А письменный перевод сложнее. Сколько разных проблем! И сроки, и объемы 

    – Чего же вы на устный не перейдете?

    – На одном устном не заработаешь. В агентства за устными переводами обращаются, как правило, уже те клиенты, которые не раз обращались с письменным.

     

    Потому и не кусают

    Вопрос четвертый: как продать интеллектуальную собственность так, чтобы ее не украли?

    Оценивать качество перевода – это приблизительно так же, как оценивать красоту. Один скажет, что самая красивая девушка эта, а другой возразит и скажет, что другая. Кто из них прав? По каким конкретным параметрам можно оценивать красоту и с помощью какого инструмента можно ее измерить – никто не говорит, – улыбается он.

    – Ну, может по стройности ног? – интересуюсь я.

    – А может, по прическе, по макияжу, по пропорциям, по походке, по выражению глаз, по тембру голоса ... – говорит он. – Если говорить серьезно, то через 10 лет работы в переводческом бизнесе я вдруг понял, что никто точно не знает, как можно измерить качество перевода. Употребляются самые разные эпитеты: хороший, профессиональный, точный, адекватный, корректный, человеческий и т.д., но никто не знает, что именно означают эти определения. Если выдвигаются претензии по качеству, то зачастую многое очень трудно доказать.

    Я понял, что надо сформулировать конкретные и в то же время достаточно понятные требования к качеству перевода, чтобы можно было заранее договариваться с клиентом о том, что он за свои деньги получит.

    – А разве перевод не всегда должен быть выполнен максимально хорошо?

    – Если речь идет, например, о переводе свидетельства о рождении, то такой перевод должен быть выполнен в соответствии с четко определенными правилами. И в этом случае вообще нет смысла говорить об уровне качества перевода. А вот техническое описание какого-либо оборудования можно перевести с разной тщательностью, в зависимости от назначения документа. Если, например, привезли оборудование, и монтажники не знают, чего куда подключать, то главное – чтобы в переводе все было понятно, а стиль изложения и точность терминологии большого значения не имеют. Если же документ предстоит напечатать и распространить среди потенциальных клиентов, например, на выставке, то важными становятся все компоненты перевода: и инженерная грамотность, и абсолютная правильность примененной терминологии, и точность, четкость и изящество стиля изложения. Понятно, что трудоемкость в первом и во втором случае различна, а, следовательно, стоимость и сроки выполнения таких переводов тоже должны быть разные. Поэтому мы сформулировали критерии, по которым оценивается качество перевода, и заранее договариваемся с заказчиком о качестве предстоящего перевода.

    – Помогает?

    – Конечно, помогает. По этой технологии мы работаем уже почти два года. Заказчик при необходимости может сэкономить, а переводчики и редакторы четко знают, чего от них ждут. Все возможные недопонимания легко разрешимы, т.к. все требования к качеству заранее оговорены, и их соответствие или несоответствие легко доказуемо.

    – И очень важно, – говорит Израиль Шалыт, – что во многих случаях действительно нужны переводы обычного качества, без изысков, просто чтобы было понятно. Такие переводы стоят дешевле и, что самое главное для переводческого агентства, – в два, а то и в три раза рентабельнее более дорогих переводов высокого качества.

    Павел Коченов предлагает решение той же проблемы упрощенным способом. PEREVOD.RU страхует себя предоплатой, а работа, результат которой не удовлетворяет клиента, исправляется.

    – Если речь идет об оплате большого заказа безналом, то мы заключаем договор. В договоре указываем, что в случае, если заказчику не понравится наша работа, мы обязаны переделывать ее до тех пор, пока его полностью все не удовлетворит. Стоимость работы мы никогда в случаях жалоб не снижаем. В договоре об этом ведь ничего не написано.

     

    Подводное

    и надводное плавание

    Вопрос пятый: кто есть конкурент и как его распознать?

    Конкурент – это не очень хорошо. И в переводческом бизнесе этого "не очень хорошо" хватает. На страниц двести с лишним только бюро переводов в справочнике "Желтые страницы". Сколько их на самом деле – неясно. Есть, конечно, и однодневки, а есть настоящие слоны, которые держат переводческий бизнес у себя на спинах.

    Понятное дело, что с конкурентом каждый борется. И всякий – по-своему. Например, в "Fonetix" из малых конкурентов делают хороших друзей и скидывают им по-дружески те задания, которые не могут в силу занятости или других обстоятельств выполнить сами. Пришла, например, справка для перевода, а переводить ее смысла нет. Тогда ее отсылают коллегам-конкурентам, с радостью берущимся за такие заказы.

    – А вот журналисты говорят, в переводческом бизнесе ценовые войны бушуют? – блистаю я как бы между прочим знанием дела.

    – Что еще за войны? – удивленно вскидывают брови один за другим руководители переводческих агентств.

    – Ну, между "частниками" и фирмами. Частники цены все снижают, а фирмы за ними не поспевают  И теряют клиентов. Приходится тоже цены сбивать в срочном порядке. Слышали что-нибудь?

    – Ничего подобного не слышали, – хором отвечают мои собеседники. Фрилансеры для хорошего агентства переводов, в общем-то, совсем не помеха. А цены вверх только ползут.

    Настоящие конкуренты, говорят руководители переводческих компаний, – это те, кто играет по-крупному. И бороться с ними очень трудно, потому что даже тексты узкой направленности и специализации они раскалывают как орешки с помощью наработанных связей в переводческом бизнесе. Лучшим оружием в борьбе с крупными конкурентами посему являются те же внештатники, специализирующиеся на узкой тематике. Чем больше у тебя в контактах таких специалистов – тем больше шансов перебить конкурентов.

     

    Простая арифметика

    Вопрос шестой: сколько стоит этот бизнес?

    Цифры не любит никто. А в особенности – переводчики. Не переводчик Павел Коченов, руководитель компании PEREVOD.RU говорит, что деньги счет любят.

    После нашего интервью Павел рассказывает мне о том, почему с земли мы видим Млечный путь и как устроена вселенная. Рассказывает почти так же увлекательно, как и о том, сколько нужно потратить минимально на создание и первоначальную раскрутку собственного перевода.

    – Реально ли создать сегодня свое агентство переводов? – спрашиваю у него я.

    – Я думаю, да, – уверенно отвечает Павел. – И раскрутить реально. Только делать это нужно посредством Интернета.

    Вместе с Павлом мы подсчитываем, что во вселенной может быть бесчисленное количество звезд, а покупка простого домена с незатейливым названием типа www.bpolim.ru (бюро переводов "Олимп") обойдется как минимум в 2 тысячи рублей, как максимум – в шесть.

    Раскрутка сайта – в 60 тысяч. Это при том условии, что в поисковых системах ваше бюро продержится в первых строчках.

    Зарплата помощнику руководителя – 15 тысяч.

    И сотрудничество с фрилансерами – процент с каждой сделки.

    Плюс небольшие расходы на оргтехнику и 30 тысяч в месяц за аренду мало-мальски приличного офиса.

    Итого тысяч 110–120…

     

  • February 24, 2015 10:04 AM +06
     

    «Тихая революция» переводческого дела

     

     

    Элеонора АРЕФЬЕВА

       

     

    В наши дни эта профессия переживает второе рождение. Если раньше переводами занимались в основном гуманитарии, то сейчас - все больше технари. В фаворе физики со знанием иностранных языков. Парадокс? Отнюдь нет! По мнению Александра Потехина, генерального директора группы «Глагол» (переводы и локализация) все вполне закономерно.

    - Александр Викторович, "Глаголу" сейчас семь лет, а,  значит,
    рождение компании пришлось на разгар кризиса.  Тогда редко кто отваживался открывать свое дело…
    -   До 1998 года я занимался финансами, бизнес был связан с ГКО и
    после дефолта существовать перестал. В тот момент ко мне обратились знакомые финансисты с просьбой перевести американскую книгу, посвященную банковскому делу. Я согласился. Меня потрясло доброжелательное отношение заказчиков, да и размер вознаграждения понравился - было решено продолжать. Я пригласил друзей - у "Глагола" три учредителя - все закончили физтех, какое-то время делали финансовые и экономические переводы. Мы создали свой сайт, пришли первые заказчики… Сначала занимались IТ-переводами, потом перевели значительный объем финансовых и юридических текстов для одного из крупнейших операторов сотовой связи и… бизнес пошел. В нашем деле так: если бюро быстро выполняет корректные, качественные и недорогие переводы, то заказчик остается  с ним надолго. Сейчас у нас сбалансированный портфель заказов, в нем представлены все сектора рынка. Обслуживаем крупнейшие инвестиционные организации, банки, компании нефтегазового и оборонного комплексов, известных фигурантов рынка машиностроения и связи.  "Глагол" входит в тройку крупнейших отечественных компаний, занимающихся переводами.
    - Поражает легкость, с которой выпускник физтеха, увлеченный
    переводами, так естественно сделал их своей профессией и бизнесом.
    Как Вам это удалось?
     - Я интересовался английским еще в школе. Хотелось понимать песни
    любимых исполнителей, читать о них в иностранных изданиях. В институте использовал любую возможность для изучения языка. А в аспирантуре пришлось штудировать огромное количество специальной литературы на английском. По сути, я занимался физикой на этом языке. Еще  писал статьи в разные журналы, многие из них возвращались обратно "в красном цвете" - так были заложены основы работы с текстом, редактирования. Это была хорошая школа. Вообще для переводчика очень важно постоянное самообразование: языку нельзя научить, ему можно научиться самостоятельно. Все наши технические переводчики пришли в профессию так же, как я: технический вуз, а потом усиленное изучение языка - дополнительное образование, самообразование.
    - Разве языковые вузы не готовят технических переводчиков?
    - Ни один из них не соответствует потребностям нашего бюро. У нас
    есть сотрудники, окончившие лингвистические вузы: руководители проектов, переводчики маркетинговых  и рекламных текстов, слоганов - последних, впрочем, правильнее было бы называть копирайтерами. Но технический перевод на узкоспециальные темы, будь то геология или машиностроение, например, подвластен только тем, кто знает отраслевую специфику, терминологию - то есть специалистам с профильным образованием. Притом, что планка наших запросов очень высока, и в "Глагол" приходят уже сложившиеся профессионалы, они и здесь продолжают учиться: мы проводим тренинги, мастер-классы. Еще раз повторюсь - переводчик учится всю жизнь.
    -   Помимо склонности к языкам и готовности постоянно учиться, что
    еще необходимо для успешной работы?
    -   За последние 15 лет требования к представителям нашей профессии
    радикально изменились. Может быть это покажется странным, но сейчас переводчик должен быть прекрасно подкован с технической точки зрения. Ведь существует масса компьютерных программ, которые помогают повышать производительность труда, и они постоянно обновляются. Если говорить о программном обеспечении, то наши специалисты знают его настолько unpnxn, что впору задаться вопросом: кто они в большей степени, программисты или переводчики?
     Современный переводчик проводит за компьютером по восемь часов в день, а значит должен быть готов к монотонной работе. Важно и умение выслушивать критику. Необходимо понимать, что с вашим текстом впоследствии будут работать другие. В частности, редакторы, которые выравнивают стиль и терминологию. Одни воспринимают это как профессиональное унижение, другие же учатся на ошибках и потому высоко ценятся на рынке. Такие специалисты быстро изучают требования заказчика и легко подстраиваются под них.
     - А какие навыки и личные качества нужны, например, синхронистам?
     - Синхронистом может стать человек с особой ментальностью, темпом
    речи, мышлением. Я знаю специалистов, само присутствие которых гарантирует успех на переговорах, потому что они умеют создавать атмосферу взаимопонимания и комфорта. При этом сами остаются практически незаметными.
     - В последнее время все больше переводчиков уходит в "свободное
    плавание". Бюро ощущает конкуренцию со стороны фрилансеров?

     - Нет, хотя фрилансеры выставляют заказчику гораздо более низкие
    цены. Но при этом они ничего не гарантируют: ни качества, ни даже сроков сдачи работы. На Западе существует дисциплина выполнения обязательств, у нас же тот факт, что договор, заключенный с заказчиком, нужно соблюдать, многих людей ставит в тупик. Очевидно, все дело в том, что отечественный рынок переводческих услуг еще сравнительно молод.
     -  Но таким недостатком обладают, наверное, далеко не все фрилансеры?
    - Тем не менее, взаимодействие с ними всегда подразумевает какие-то
    риски. И по срокам сдачи, и по качеству. Допустим, фрилансер набрал очень много заказов, и, чтобы выполнить их вовремя, часть работы делает спустя рукава. А все из-за того, что не может отказать клиенту из-за боязни потерять его. Поэтому, во избежание рисков клиенты предпочитают работать с бюро. Но есть и другие причины. Универсальных переводчиков не бывает, а заказчику сегодня может понадобиться технический перевод, завтра - юридический и т.д. Один специалист не в состоянии обеспечить высокое качество работы во всех  случаях. И потом, заказчику часто нужны дополнительные услуги. Сейчас почти все крупные компании заказывают верстку, тиражирование материалов, а это можно сделать лишь в условиях бюро.
    - Что выгоднее, работать на себя или на компанию?
    - Довольно часто "свободные" специалисты переходят на постоянную
    работу в бюро и приводят с собой друзей. Фрилансерам нелегко: они должны заниматься самомаркетингом,  вести минибухгалтерию. Но самое главное: работа в компании дает возможность профессионального общения. Происходит быстрый обмен терминами, постоянно пополняется словарный запас.
     - Не секрет, что сегодня литературный перевод стоит значительно
    дешевле технического. На Ваш взгляд, не приведет ли это к вымыванию рынка литературных переводчиков?
    - Расценки на рынке вполне адекватны. Качество перевода не может
    быть выше качества исходного материала. Понятно, что перевод низкопробного чтива, которым изобилуют сейчас прилавки книжных магазинов, не требует от исполнителя ни высокой квалификации, ни большого словарного запаса - потому и стоит не дорого. Перевод литературы другого уровня  оплачивается  иначе.
    - Каково вознаграждение переводчиков?
    - Зарплата синхронистов - несколько сотен долларов в день, столько
    же может стоить и перевод слогана. Средняя цена страницы технического перевода - $4, при производительности 8 страниц в сутки переводчик получает $600 долларов в месяц. Но специалисты, владеющие специальными программами, ускоряющими процесс работы, выдают значительно больше 8ми страниц, и их месячный доход превышает $1000.
    -   По Вашему мнению, как будет развиваться рынок переводческих услуг в ближайшие годы?
     -   Хаос постепенно исчезает: рынок сегментируется на глазах, jnlo`mhh-заказчики выбирают свои бюро всерьез и надолго. Относительная молодость этого бизнеса пока еще оставляет прекрасные возможности для начинающих . Например, группа переводчиков с медицинским образованием обязательно будет востребована. Компании без четкого маркетинга, те, что пытаются заниматься всем, уйдут. Будущее за крупными организациями с устоявшейся репутацией. Большие перспективы и у узкоспециализированных бюро. Мне кажется, что рост экономики, инвестиционных проектов, вступление России в ВТО будут сопровождаться увеличением спроса на услуги переводчиков.


    ТОЧКА ЗРЕНИЯ

    Константин Иоселиани,
    генеральный  директор Переводческого агентства "Янус":
     -   Сейчас российский рынок переводческих услуг находится в стадии развития, до четкой сегментации и цивилизованности еще достаточно далеко. Приведу такие цифры. По некоторым оценкам его ежегодный объем составляет $200 млн., в то время как годовой оборот одного из наших партнеров, крупной международной компании Lionbridge, занимающейся переводами на все языки, равняется  $500 млн.!
    Начался процесс укрупнения переводческих компаний. Будущее за теми,
    кто реинвестирует свою прибыль в обеспечение качества услуг, оптимизацию бизнес-процессов, расширение материально-технической базы, обучение и развитие персонала. Компания "Янус" первой в своем сегменте прошла сертификацию качества услуг по международному стандарту ISO9001 BVQI. И это не случайно, ведь все больше заказчиков обращает внимание на подобное подтверждение качества работ, полученное от независимого сертификационного органа.
    Востребованность профессии переводчика растет. Для нас это очевидно, поскольку "Янус" напрямую работает с ведущими вузами, готовящими соответствующих специалистов - МГЛУ, МГУ. Мы с удовольствием трудоустраиваем выпускников данных учебных заведений. Эти университеты дают хорошую базовую подготовку по теории и практике перевода, которая затем дополняется необходимыми знаниями в предметной области и навыками владения специальными программными средствами непосредственно в нашей компании.
    Я уверен, что у российского рынка переводов отличные перспективы. Еще
    10 лет назад никто не знал о переводческом бюро из чешского города Брно, а сегодня Moravia Worldwide открыла филиалы в Северной Америке, Китае и Японии и входит в десятку крупнейших мировых компаний. Кто знает, не будем ли мы свидетелями столь же стремительного роста российских переводческих бюро в ближайшем будущем?

    12-09-2006 Элитный персонал №36 (473), 12 сентября 2006
    Читайте свежий выпуск Элитного Персонала!

  • March 26, 2015 11:52 AM +06

    Думается, необходимо сформировать команду знающих свое дело профессионалов. И в дальнейшем опираться именно на них.